Светлая память Вам, отец Владимир!

Приближается день рожденья  дорого отца Владимира. И чем ближе эта дата, тем ярче и светлее личность его вырисовывается в моей душе

Исповедь
pinterest button

В 1998 году я поселилась вблизи храма Большое Вознесение, который помнила с детства, как узника за глухой оградой и странными гигантскими катушками кабелей, порой видимых там. Мы с мамой проезжали мимо на троллейбусе с нашей Большой Грузинской в дом моих дедушки-бабушки на улицу Герцена д. 9. 

Потом  храм стал страшными декорациями в потрясшем нас всех фильме «Покаяние» и все тяготы его слились с муками героев.

Эпоха менялась быстрее, чем осознавалась степень её свободы.

Многое предстояло передумать, наблюдая возрождение убранства храма, — особенно мне, выросшей в атеистической семье, где лишь рано ушедшая бабушка тайком молилась перед иконами, явно боясь смутить меня. Лишь сквозь сон в её маленькой комнатке, после небольшого ужина при приоткрытой заслонке печки, где живой огонь умиротворял, я могла видеть погруженную в безмолвную молитву бабушку перед лампадой. Этого зерна было достаточно, чтобы уверовать и понять со временем всю бесконечность моей стерильности в вопросах православия

Потом  был кружок иконографии при музее Андрея Рублёва со строгим Валерием Николаевичем Сергеевым, автором книги «Андрей Рублёв» в серии ЖЗЛ, который  гонял  нас душою и мыслями проникать в Священное писание, время от времени отделяя агнцев от козлищ, исключая нерадивых слушателей.

И все же я была ещё далека от церкви. Только в 1998 году я с большой осторожностью вошла туда, страдая то от чьих-то замечаний, то от недостатка понимания, что происходит.  И только со временем  исподволь всё происходящее стало близким и дорогим. Я поняла, что снующие передо мной ревнители подсвечников, некоторые досужие перешёптывания, так мешавшие сосредоточиться — суть моё неверие, непроникновение в молитву. И всё это помог мне понять и преодолеть батюшка отец Владимир. 

Исповедь
pinterest button Исповедь Наталья Герасимова, CC BY-SA 4.0

Множество его духовных подопечных, стоящих в очереди на исповедь, его искренняя улыбка и отеческая забота о детях воскресной школы, — всё привлекало. Так хотелось стать его духовной дочерью. Из стремления стать более понятным ему человеком, я подарила ему свою маленькую книжицу «Pro memoria», написанную к 40-летию моих дочерей и повествующую историю предков наших. Как же было радостно видеть тёплый отклик отца Владимира, живую добрую реакцию. К тому времени он уже немного был знаком с моим старшим внуком  и крестил младшего. Всё это позволило мне не только внимать ещё с большим усердием всем его наставлениям, но и чтить как ближайшего родственника. 

Сколько раз мне приходилось наблюдать его неспешные общения на исповеди, когда люди с просветлёнными лицами отходили, получив благословение!

Да и сама я не раз получала такие важные  мудрейшие советы, развязывающие казалось вечные узлы  жизненных  тягот.

Скоро полгода, как батюшка Владимир отошёл ко Господу, а я не перестаю с ним внутренне собеседовать, вспоминаю его улыбку и доброжелательное внимание, продолжаю задавать вопросы и, мне кажется, он посылает мне подходы к их разрешению. 

Светлая память Вам, отец Владимир! Царствие небесное! Молите Бога о нас!

Наталья Герасимова