Новая колокольня

«Сегодня, когда говоришь, что колокольни здесь прежде не было, — люди не верят»

Новая колокольня храма «Большое Вознесение»
pinterest button

В 1999 году  церковная территория превратилась в настоящую стройплощадку — настоятель «Большого Вознесения» о. Владимир Диваков и Приходской совет решились на строительство новой колокольни. Мысль об этом давно уже зрела у настоятеля и  церковной общественности.

В самом деле, что за православный храм без  колокольни? Тем более, было известно, что колокольня высотой около 70 метров была запроектирована еще на первоначальном макете церкви Вознесения Господня за Никитскими воротами, который предположительно сделал сам Василий Баженов. И стояла она примерно на том же самом месте, на котором построена сейчас. По документам 1800—1805 годов колокольня была обозначена как строящаяся. Однако в 1812 году постройки обгорели, и в  1827 их начали перестраивать по проекту академика архитектуры Ф. И. Шестакова. На этот раз предполагалось построить колокольню вплотную к стене храма. Строительство храма продолжалось до 1848 года, после смерти Шестакова, строительством руководил архитектор А. Григорьев, однако, колокольню так и не возвели. Всё это время была ещё цела древняя шатровая колокольня, которую, по-видимому, и использовали для звона. Её снесли в 1935 году.

А в 1992 году МХАТ им. Горького во главе с художественным руководителем Татьяной Дорониной пожертвовал храму первый набор колоколов. Все шло к тому, что надо строить колокольню. Но дело это для недавно открытого прихода казалось совершенно неподъемным. И вот однажды…   

Из воспоминаний настоятеля о. Владимира Дивакова

Святейший Патриарх Алексий пригласил меня на беседу с Букаевым и предложил министру помочь в восстановлении нашего храма «Большое Вознесение». А Геннадий Иванович  говорит: «Мы могли бы построить что-то». Я ему: «Построить? А у нас колокольни нет». Он отвечает: «Ну, давайте построим».

Через день встретились в храме – Букаев, я и староста наша, Ольга Валентиновна. Все ему показали. Определили, где у нас должна быть колокольня. Та, что запроектирована была, когда строился храм в XIX веке. Но ее не достроили по недостатку средств, пользовались старой, шатровой.  А в тридцатые годы и ту снесли. Когда нам храм отдали, то тут звону уже не было, не было колокольни, и мы временную звонницу на крыше расположили. Для храма это, конечно, не украшение, но иного выхода не было, как-то без звону храм неживой. Он согласился: «Давайте делать проект. Давайте думать».

Заказали проект, который должно было оплатить министерство. Предпроектное оформление долго шло, наверное, лет пять-шесть. Потом, когда проект утвержден уже был, потребовалось согласовывать его со всеми инстанциями: и геоподоснова, и всякие газовые хозяйства, и электрохозяйство, и связь. А там не так чтобы пришел и сразу согласовал. Скажут, оставьте, мы посмотрим, дадим заключение, через месяц подойдите. Сделали, наконец, эти согласования, и вдруг нам сообщают, что введена новая система, и все надо заново согласовывать. Прошли по второму кругу, и опять оказалось, что какая-то организация распалась на две и теперь заново надо. Пошли туда оформлять, нам говорят, что надо обновить все документы. В  результате пришлось заново оформлять всю документацию. И так три раза было. В третий раз нам уже со скандалом, но все-таки дали разрешение на строительство, по-моему, где-то в феврале и с  требованием, чтоб срок окончания работ был в октябре. Слава Богу, что мы начали строительство еще до окончательного разрешения, хоть нас и оштрафовали. А когда получили разрешение, смогли закончить уже кладку, поставить шпиль и крест. Штукатурки еще не было, но это отделочные работы, и поэтому наше хождение по мукам закончилось.

Но к тому времени, когда мы получили полное согласование, министерство  упразднили, Геннадий Иванович Букаев уже не был министром, и, конечно, у него прежних возможностей не было. Ну и тяжело же нам пришлось… Но по милости Божией все-таки все закончили. И в срок все закончили. Когда колокольню поставили, супруги Букаевы в память о своем сыне  пожертвовали десятитонный колокол на неё.

Сегодня, когда говоришь, что колокольни здесь прежде не было, — люди не верят. Настолько органично она вписалась, что даже наши старые прихожане забывают, что совсем недавно храм стоял без колокольни, без ограды. Да  мне и самому уже почти не верится».          

Остро стоящий в  Москве вопрос,  как и в каких формах восстанавливать  исторические объекты, нашел свое удачное разрешение на примере проектирования и строительства колокольни «Большого Вознесения». Правительство Москвы  в 1994  выделило участок сквера к западу от  паперти храма. Проект был заказан ведущей реставрационно-проектной организации «Спецпроектреставрация» и выполнен  архитектором О.И.Журиным  в духе традиционных русских колоколен  ХIХ века. Разрабатывая эксизные проекты колокольни, архитектор Журин стремился учесть и особенности стиля самого храма, и сложившийся градостороительный  облик площади Никитских ворот, и исторические аналоги.

Окончательно был утвержден проект, в котором колокольня имеет пять ярусов. Первый ярус — квадратный с тремя портиками. Здесь расположены паперть и вход храм.  Второй ярус – тоже квадратный, с большими полуциркульными проемами. На нем был повешен тот самый десятитонный колокол, который приобретен на  пожертвования семьи Г.И.Букаева. Третий, главный  ярус звона, украшен балюстрадой и парными колоннами. Здесь разместили  полиелейный пятитонный колокол. Он также отлит на  пожертвования, которые были сделаны тогдашним главой Управы  Пресненского района  Москвы Л.К.Моисеенко. Кстати, на новой колокольне есть еще несколько колоколов, пожертвованных сотрудниками районной управы. Целый набор уникальных колоколов был подарен храму народным артистом Михаилом Ульяновым от коллектива Театра им. Вахтангова, художественным руководителем которого он был в то время. Специалисты по колокольному звону отмечают, что собранный ансамбль колоколов «Большого Вознесения» даёт очень хороший и интересный звон. Вновь отлитые колокола того же производства, что и на Храме Христа Спасителя. Многие из пожертвованных  –  исторические, например, изготовленные на заводе сыновей Оловянишникова и редкого производства завода «майорши Зенькович».

Четвертый и пятый ярусы звона – круглые, с высокими полукруглыми проёмами и окнами. Завершена колокольня сферическим куполом, шпилем и крестом. Её высота – около шестидесяти с половиной метров.

  Новая колокольня на редкость  удачно вписалась в ансамбль храма, как будто всегда здесь стояла. Завершенность ансамблю придала и новая церковная ограда с воротами. Эта работа, наряду с колокольней, была заложена в проекте, и выполнена в 1999 году. Вообще же комплексный проект воссоздания ансамбля храма «Большое Вознесение» предусматривает еще многое: здесь и  строительство сторожки, и  возведение дома причта, и работы по раскрытию и консервации  археологических объектов — фундаментов  колоколен XVIII и XIX веков, находящихся на территории храма.

 Из воспоминаний настоятеля о. Владимира Дивакова

Колокольню закладывали в 1999 году, когда отмечался 200-летний юбилей Пушкина, на Вознесение. А ровно через пять лет, день-в-день, в 2004 году Патриарх Алексий Второй совершил торжественное освящение новой колокольни. Знаменательно, что в этот день у нас в храме за богослужением присутствовала делегация Зарубежной церкви. Это было еще до официального объединения церквей. Три иерарха во главе с митрополитом Лавром только присутствовали за литургией.

А потом они приняли участие в праздничной трапезе в нашем храме. И так  это  тепло и сердечно прошло, что все почувствовали — лед тронулся. Можно сказать, что храм «Большое Вознесение» тоже внес свою лепту в дело воссоединения церквей. Тем более, что накануне официального подписания акта о воссоединении Патриарх служил Всенощную опять же в нашем храме.  Снова присутствовали иерархи зарубежной церкви, и пели два хора — наш и зарубежный. Так что и в эти дни наш храм оказался в центре событий.